Прощение – нравственная, духовная категория. Религия призывает прощать. Да, трудно не согласиться с этим. Но, как говорили древние: «Тебя предали один раз – позор ему. Тебя предали дважды – позор тебе». Можно простить и отпустить ситуацию, но простить и попытаться прийти к прежним отношениям – нельзя. Почему и говорят – «Позор тебе». Ты не сделал выводы после первого предательства. Еще древние говорили: «Кто выстрелит в прошлое из пистолета, в того будущее выстрелит из пушки». Интересно знать, это относится к родителям, или к детям? Ведь в этом тандеме ведущие – родители, ибо на момент начала формирования отношений они сознательны, а ребенок – нет. Следовательно, отношение детей к родителям –это реакция на отношение родителей к детям. Тем не менее, существует перекос в общественном сознании. Поскольку и общество, и религия карают за отношение детей к родителям и прощают наплевательское отношение родителей к детям. А ведь огромен грех родителей перед ребенком. Именно с этого начинается, собственно, плевок в сторону прошлого – отказ от своих корней. Мы очень часто девольвируем понятия материнской любви, используя ее в качестве разменной монеты. Мать походя спекулирует этим понятием, кощунственно произнося: «Будешь плохо вести себя – мама тебя любить не будет». А ведь родительская любовь – как природа, как первозданная данность. Она должна существовать на уровне бессознательного. И любовь ребенка, как ответ на эту любовь. Как нормальный человек любит лес, небо, реку, поле, так и нормальный человек любит своих родителей. И они любят его. И это абсолютно бессознательный диалог. Все остальное – просто патология.

Мы осуждаем маньяка, мучающего ребенка. И в размышлении по поводу матери, скотски относящейся к плоти от плоти своей. Хотя скорее можно простить маньяка. И хотелось бы, чтобы общественное сознание формировало адекватные понятия. Часто слышно: «Мать старая, беспомощная, а ты»…

А какой она была, когда ты был маленький и беспомощный? Когда формировалась твоя психика, состоящая теперь из одних детских комплексов…

Как в электричестве бывают последовательные параллельные включения, так и у женщины – хорошо, если ей удается параллельно быть и женщиной, и матерью. Но иногда приходится последовательно быть сначала женщиной, а потом – матерью. Потому что мать – это апофеоз развития женской личности, и нельзя говорить о личной жизни, если женщина стала матерью. И если общество призывает женщину-мать к личной жизни, оно потворствует безнравственности.

Создается впечатление, что где-то там, наверху, сидит очень злой и ограниченный мальчик, который играет оловянными солдатиками. Естественно, он небережлив, не дорожит своей армией, потому что знает, что в любой момент ему купят других. По воле своей ограниченной фантазии он их разбрасывает, ломает, забывает сложить в коробку, и они валяются повсюду. Кто-то на них наступит, кто-то их раздавит, но они точно никому не дороги.

Вот такое же ощущение создается у меня, когда я наблюдаю за тем, что происходит. Конечно, я себя ощущаю не мальчиком, а тем самым солдатиком. Я не знаю, как себя вести, чтобы меня заметили и оценили. Я понимаю, что я – лишь кусочек олова, которому всего лишь придали форму солдатика.

Конечно, все, что происходит, можно рассматривать и с другой позиции. В конце концов, стакан всегда или наполовину пуст, или наполнен наполовину. Вопрос с эмигрантами решается очень просто. Все, кто чего-то стоят, востребованы у себя на Родине. Иммигрируют те, кто не востребован, кто не смог получить образование, кто может зарабатывать только своим горбом. И только высокоразвитая страна может позволить себе пригласить огромное количество иммигрантов. Потому что она понимает, что у нее хватит средств дать дорогу чужим, не обделив своих. Иначе она будет обречена на внутренние распри, всплеск националистических настроений, то есть неофашизм.

Страна с очень мощными культурными традициями может вобрать в себя иммиграционную культуру, и не раствориться в ней. Даже Франция неспособна справиться с исламистскими настроениями внутри страны, и это притом, что уровень жизни во Франции – не обсуждаемо выше.

Новые размышления Думы уже озвучены. Относительно репрессивных методов, применяемых к женщинам, сделавшим аборт, наталкивают только на один вывод: если репрессии применяются только к женщине, то значит, вся ответственность за ребенка лежит только на женщине. А это даже не мужской шовинизм, это абсолютное освобождение мужчины для более плодотворных размышлений, что бы еще эдакое сотворить с женщиной. Он ее поимел, он ее отправил в исправительную колонию, где ее поимеют уже на государственном уровне.

Страна, в которой женщина находится в таком положении, обречена, потому что испокон веку женщина была носителем культуры. Именно она передавала детям то, что накопило человечество. Та эмансипация, в которую играет наше общество, на самом деле эмансипацией не является. Это лишь те рамки, в которых необразованные мужчины позволили изгаляться женщинам, желающим хоть как-то выжить. Женщина отнюдь не заняла свое место в обществе. Она просто адаптировалась к мужским потребностям. А мужчина во взаимодействии с женщинами опустился до уровня первой чакры. Ему не нужна духовная близость, ему не нужна рядом умная любящая жена, ему не нужна мать для его детей. Ему нужны деньги. И суррогатная мать, то есть кювета для его сперматозоида. Все остальное он оплатит: квартиру для опустошенной кюветы, кухарку, посудомойку, няню (полуграмотную, поскольку это выйдет дешевле – деньги экономить надо), репетиторов. Старые мудрые русские пословицы гласят: «У семи нянек – дитя без глазу».

А почему без глазу? Да потому, что без мозгов. Почему на Западе делают сквозные детские дома: от 0 до 18? Там точно знают: для того, чтобы не получить на выходе психопата, нужно с детства сформировать стойкие эмоциональные связи. Нормальные родители прекрасно знают, как возбуждается ребенок от обилия гостей. А если ребенок не имеет возможности вообще побыть одному, если вокруг него постоянно толчется груда персонала, то он вырастет точно НЕ творческой личностью, он вырастет с бледными эмоциями (шизоидный тип, а при  определенных условиях – просто шизофреник), вырастет ведомым и психопатизированным.

Надо заставить женщин рожать, как можно больше. Притом, что мы уже нарожали, и не знаем, по каким детдомам распихивать детей-сирот. Лучше всего отдать их в приюты при монастырях, тогда у нас есть шанс успешно вырастить психопатизированных фанатиков. А, выйдя из колоний, женщины очень экономически грамотно будут работать до 65 лет (согласно новому закону), потому что, если она не родила, она должна отработать государству упущенную прибыль от не родившейся молодой единицы.

Особенно хорошо все это звучит при несовершенном трудовом кодексе, при невозможности заставить работодателя правильно оформить взаимоотношения. При незащищенности от сексуальных домогательств работодателя. Таким образом, вырисовывается славная картина: ты идешь на работу, покорно ложишься под работодателя, далее – либо рожаешь и всю жизнь бьешься со своим ребенком, либо не рожаешь и идешь в исправительные колонии.

Раньше Россия отличалась своей прослойкой в виде интеллигенции, теперь она будет отличаться прослойкой в виде успешных содержанок.

Чуден Днепр при ясной погоде!....

Что должны делать мы, люди, которые считают себя порядочными? Да, мы не безгрешные в православном понимании этого слова, но мы – люди, у которых есть честь и совесть. Как нам договариваться со своей честью и совестью, когда мы узнаем, что Михаил Кононов умер в нищете? Мы – налогоплательщики среднего класса. Мы делегировали государство для распределения доходов, чтобы нищих не было, хотя бы среди таких людей, которые многие годы были лицом Государства. Ни в политическом, а в культурологическом смысле этого слова. Не дОлжно ли нам каждый день проверять по списку, никто ли не нищенствует из дорогих нам людей, за судьбу которых нам будет потом стыдно, не дОлжно ли нам ежедневно проверять, не нуждаются ли они в чем-то? До сих пор мы считали, что это – функция Государства, а точнее – его социальных программ. Старая русская истина: «За деревьями леса не видать». Мы не можем разглядеть за нашими общенациональными программами, что Кононов умирает в нищете. Что ему не на что выпустить свою книгу, и он ее так и не увидел – издание будет посмертным. Хотелось бы верить, что будет. Почему мы, и как мы могли дойти до того, что гражданский и профессиональный поступок Владимира Меньшова на вручении премии, когда он отказался ее вручать, не был оценен по достоинству, а рассматривался только как «досадный инцидент, помешавший празднику»? Как такое могло случиться, и чего стоит перестройка, когда такие люди выплыли на поверхность, и диктуют свой образ жизни? Матерящаяся Ксения Собчак по всем каналам, которую почему-то называют «золотой молодежью». Анодированной – да, но не золотой.
И она диктует свой образ жизни, она выпускает журнал. А ведь она является тем провоцирующим фактором, из-за которого у молодежи случается суицид. Да, мы сейчас обращаемся к прошлому. Но сентиментальность всегда находится рядом с жестокостью. Общеизвестно, что Гитлер был безумно сентиментален, но его жестокость обсуждать не стоит.

Можно лить слезы над воспоминаниями о себе на коленях у папеньки, причем главное здесь – не папенька, а ты сам, и при этом спокойно созерцать, как умирают дети-сироты, у которых нет ни папеньки, ни маменьки. Это и есть жестокость власть имущих, которые могли забыть такого актера. Здесь виновата вся Киноакадемия.

Как можно было забыть Михаила Кононова просто потому, что он не хотел сниматься в «том продукте (я не могу сказать – «в том кино»), который ему предлагался? Как и многие актеры, он не продавался за понюшку табаку. И как можно было его забыть и оставить в нищете? 

Светлая память.

Читая «Женские журналы», понимаешь, что в основном жизнь современной женщины посвящена тому, как завлечь, ублажить, удовлетворить и удержать мужчину. Чем больше женщине кажется, что она берет жизнь в свои руки, тем больше, на самом деле, она попадает в зависимость от мужчины. Женщина должна быть сексапильной, изящной, умеющей себя вести, но незнание этикета от нее требуется.

Она должна знать все ведущие брэнды в области парфюмерии, диетологии, фитнеса, моды, курортологии, косметологической медицины. Давно уже нет спроса на порядочность, нравственность, ум. Высмеиваются подруги, которые не умеют устроиться, то-есть найти богатого, в лучшем случае, мужа, а то и просто содержателя. Женщина рассматривается, как береза. Обсуждается, что ей пора рожать, как будто у нее начался период вегетации.

Бомонд, в-основном, состоит из содержанок, которые переходят внутри этого бомонда из рук в руки, пересаживаясь из саней в сани, пока в итоге не оказываются в дилижансе «дальнего следования».

Обязательный пирсинг пупка, обилие серег, тату на пояснице, причем в той зоне, которая не является «зоной всеобщего обозрения».

Все должно быть, как у всех. В застойный период высмеивались мещане, не несущие в себе индивидуальность, гоняющиеся за «джентльменским набором»: ковер, хрусталь, машина. Но личность оставляла за собой право на нестандартные мысли.

Теперь ты не имеешь права на индивидуальность. Модный цвет волос, модный цвет губ, модный цвет сезона, модный цвет и размер ногтей, тату в известных местах, пирсинг там же, ночной и дневной макияж от одних и тех же ведущих фирм. Заменяя одну женщину на другую, мужчина ничего не теряет. Длина ног, объем талии, запах женщины – парфюм, все должно быть одинаково. Женщина, как хороший коробейник: товар лицом, и не только…

Загорелая грудь, гладко выбритые ноги, нарочитая небрежность в прическе – все выставлено на обозрение. Выбор затруднен. Если перед вами лежит 10 красных карандашей, какой вам выбрать? Любой.

Так и женщина – любая. И каждая готова на все. Ублажить, родить, руководить служанкой и няней, водить подаренный джип, облить кислотой любовницу, вальяжно скинуть шубку, протянуть руку (щечку) для поцелуя, а потом – оскорбленное самолюбие: ты меня не ценишь, не любишь, не уважаешь.

А было ли уважение к себе, когда она откровенно предлагала себя? И мужчины, и дети становятся жертвами. Дети – предмет спекуляции и разборок между супругами. Детей воспитывает непонятно кто, дежурная няня. Три дня – одна, три дня – вторая. Ребенок не привыкает к определенным требованиям, у ребенка не формируются привычки, становится патологически лабильной психика. В итоге – в лучшем случае – вырастет закомплексованный истерик.

Удачно предложившая когда-то себя мама или будет мотаться по салонам, или неожиданно углубится в запоздалую карьеру, перманентно рассказывая публике, как она удачно совместила материнство.

Может быть странно, а может, если задуматься, и закономерно, но отцовский инстинкт зачастую оказывается мощнее, чем материнский. И это понятно. Женщина, как правило, хочет выносить ребенка от любимого человека. Поэтому часто и скрывает, что у нее есть ребенок. Ребенок – реальное продолжение ее любви, и ей этого достаточно.

Мужчина же, в каком-то возрасте, хочет продолжения рода, детских голосов в доме. Это дает ему ощущение реальности его жизни. И если женщина рожает не по собственному почину, а уступая просьбам, она подсознательно заявляет: «На, получи, я тебе родила». И ребенок, и мужчина с этого момента обречены. И мужчинам очень сложно стало общаться с женщинами. Ведь испокон веков женщины ценились своим шестым чувством, интуицией. Взгляд, движение, прикосновение – все говорило женщине об отношении к ней мужчины. Сейчас же мужчине приходится в лоб говорить женщине, что она ему неинтересна. Мужчина пытается быть вежливым, женщина не желает замечать, что это простая вежливость. Сексуальная революция раскрепостила женщину, и унизила ее. Если женщине говорят комплимент, то никогда не знаешь, как он будет воспринят. Держа инициативу в своих руках, ссылаясь на комплимент, женщина идет напролом.

«Ты же сказал, что я красивая и умная».

И мужчина вынужден выкручиваться, не позволяя сказать то, что напрашивается: ты дура, и похожа на тысячи других.

Современной женщине позволительно на светском рауте подойти и ненароком заявить: «Тебе нужен ребенок? Тебе нужна я? Я тебе его рожу.»

Как сказала одна моя знакомая, когда ее спросили, не хочет ли она внуков, она ответила: «Я должна быть уверена, что тот, второй род, достоин продолжения».

Известен диалог Бернарда Шоу с одной светской львицей, которая на одном приеме, подойдя к знаменитому писателю, предложила брак.

«Вы так умны, а я так красива – у нас будут замечательные дети. Умные, как вы, и красивые, как я».

На что Шоу ответил: «Боюсь, что может получиться наоборот».

Завидя интересного мужчину зрелого возраста на светском пати, предлагая себя, женщина вполне может задавать себе вопрос – на что она рассчитывает? Если мужчина зрелого возраста один, то существует несколько вариантов:

- он импотент

- он нестандартной ориентации

- у него релаксация после развода

- у него замужняя любовница

- он не желает брака

- он ждет неземной любви

Последнее событие вероятностность – ноль. Постарайтесь проставить вероятностные баллы, и вы воздержитесь от необдуманных предложений.

Известная притча об одном пастухе, который праздновал свою помолвку с принцессой. Когда гости поинтересовались реальностью этого события, он ответил:

- «О, это очень реально. 50% дела сделано – я согласен!»

Не уподобляйтесь пастуху, не ждите принца, и не пытайтесь взять его с боем. Лучше сделайте принцем пастуха. Дело реальное, достойное, и самолюбие не пострадает. Не теряйте свою индивидуальность, доверяйте своей интуиции. На каждый котелок найдется своя крышка. Не гоняйтесь за универсальными крышками, подходящими под все котелки.